Приветствую Вас, Гость

Примочки от целителя Понтовского (часть 2).

предыдущая часть                            к оглавлению

 

- Ничего себе! – заметил Семен Семенович. - Вот тебе раз!

Немного поразмыслив, он удалился в соседнюю  комнату, из которой вышел, держа в руках простое эмалированное ведро и уже знакомую нам монтажку, не обращая внимания на осоловевшую помощницу,  Понтовский,  как можно ближе,  подошел к пациентке и неожиданно ударил монтажкой по ведру. Раздался резкий глухой звук. От этого звука на голове Люси треснул  кокошник, который она, перепутав, одела вместо больничного колпака. С потолка, околевшие на пол грохнулись два черных паука, у Виолетты на спине лопнул бюстгальтер, а  ее глаза странным образом забегали по орбите и стали похожи на рулеточный  шарик в местном казино.

 - Так, ну что начнемссс! – обратился Понтовский к медсестре, которая стояла в полуобморочном состоянии и энергично  сосала палец.  – Время терять не будем, сейчас я надену ведро на голову Виолетты, ударю  в район уха, а вы Людмила держите покрепче ее за ноги. Понятно?!

 - Так веть синяк, может быть! - подала голос  медсестра.

 - Гм! Согласен! – с этими словами доктор открыл ящик стола, откуда достал обычную банную мочалку.   

 - Подложим сейчас мочалку  под ведро. - пояснил он. – Да и дело с концом.

 Не успел он взяться за монтажку как вот тебе раз, Виолетта наклонила голову сначала  вправо, затем влево, потом вниз, вверх, затем повернула вокруг своей оси раз, второй, третий, четвертый, а потом дело пошло. Она начала быстро вертеть головой, вилять бедрами, трясти титьками и жопой, высоко задрала ноги,  затем  начала прыгать как макака  и прекратила только тогда, когда, неудачно приземлившись, сломала каблук, и ударившись головой о стену в дребезги, разбила стеклянную утку.

 На следующий день  Семен Семенович пришел на работу ни свет ни заря.  В этот ранний час в поликлинике еще  никого не было, кроме облезлого, беззубого лохматого сторожевого пса Грозного и завхоза Митрича, который с вечера надышавшись спиртовых паров, предпочел остаться ночевать в тесной и  прокуренной слесарке.

 В какой-то момент в конце коридора мелькнула подозрительная тень. Понтовский вздрогнул. Посчитав, что это «благодарные»  пациенты пришли  бить ему морду за некоторые огрехи в его работе,  не на шутку  испугался, от страха  негромко пукнул. Напрасно. Тенью оказался вполне реальный человек, старый наш знакомый, Николай Тормозухин, который в этот раз  был коротко подстрижен, чисто выбрит, в белой рубашке, начищенных ботинках и в новеньких  джинсах. Глаза его были красны, заплаканы, на лице заметен отпечаток печали, а быть может даже и большого  и горя.

 - Николай! Что случилось?! – Понтовский оставался  в недоумении.

 Усевшись на краешек  стула,  Тормозухин глубоко вздохнул, шмыгнул носом и вдруг…

 - Семен Семенович!! – со слезами на глазах начал он. - Вы обязательно должны мне помочь. Я давно искал встречи с вами! Я несчастный человек и не хочу больше жить, я готовлюсь покинуть этот бренный мир и только ищу способ как это сделать!

 - А я-то здесь причем?! – Понтовский не на шутку струхнул.

 - А вы, как доктор, должны меня остановить! Спасти, протянуть руку помощи! Вырвать из лап смерти, оттащить от края пропасти! Понятно?!  

  - Николай! Вы в своем уме?! Вчера вы прыгали до потолка о радости, а сегодня…?! В чем же все-таки  дело?!

 Тормозухин застонал, как раненный зверь.

 - Все дело в моей молодой жене!  

 - Ну, так выгоните ее пинками на улицу, да и дело с концом! В чем проблема-то?!

 - Хотя нет, не правильно, проблема не в самой жене, а в ее непонятной, прогрессирующей,  серьезной болезни! - пояснил Тормозухин.  

 С вашей женой что-то случилось?! Она объелась груш, у нее запор, или она вновь одеревенела?!  Говорите же!

 - Нет! Нет! Сегодня с ней все в порядке!

 - Но тогда что?!

 Николай задумался. Потом начал не спешно рассказывать,  вспоминать.

 - Мы очень любим, друг друга! – нежно произнес он. - А  познакомились мы с ней в ночном клубе. Виолетта, работая на шесте, с распущенными волосами и в одних носочках, была прекрасна, великолепна, божественна. - в этом месте Николай глубоко и тяжело вздохнул. - Наши взгляды встретились, между нами проскочила искра!

 - Хорошо, что клуб не загорелся! – съязвил  Понтовский.

 - Мы начали встречаться, вместе гуляли, отдыхали, ходили в пивную, развлекались в сауне,  вместе  отмечали  мое пятидесятилетие и ее восемнадцатилетние.

 - Нормальная разница в возрасте! - заметил Семен Семенович.

 - Согласен! Поэтому через три недели мы и решили пожениться. Все у нас было замечательно, но вот ее болезнь, этот проклятый недуг, будь он неладен. Я постоянно переживаю, на основании этого у меня начало болеть сердце, печень и появилось бульканье  в прямой кишке! Я постоянно нахожусь в подавленном состоянии, от переживаний я удручен, разбит, у меня все валиться из рук, я у-ми-ра-ю!! Понимаете?! Да еще эта теща, со своими претензиями и придирками! Провались она в тартарары!  

 - Это уже серьезно! – высказался Понотовский.

 - Мы живем вместе полгода! - продолжал Николай. – И пока я дома,  с женой все в порядке, но стоит мне уехать в командировку, приезжаю, а она то одеревенеет, то окаменеет, то остекленеет, то…

 - То оху…ет! – подсказал Понтовский.

 - Не без этого! – согласился Тормозухин.

 - Мда! Тяжелый случай! Редкий причем случай! – заметил Семен Семенович. – Но все поправимо. Понтовский встал из–за стола и медленно прошелся по кабинету. Глубоко  задумался.

 - Значит, говорите,  то окаменеет, то осоловеет?!

 - Да, да именно так!  Я сначала  сам пытался ее  лечить,  распарю в ванной, сбегаю в аптеку, принесу аспирина, гематогена, чемеричной воды, но-шпы и так далее.

 - И что? Она все это употребляет??! – удивился Понтовский.

 - Нет, понюхает только и все у нее  проходит, а вот в последнее время стало все хуже и хуже, таблетки уже не помогают.

 По щеке Николая потекла скупая, мужская  слеза.

 - Ну, будет вам, будет! – Семен Семенович похлопал по плечу Тормозухина. - Вам нечего переживать, за ваше дело взялся Я, сам господин Понтовский, а это сто процентов успеха, уверяю вас!

 Чтобы  успокоить пациента, Семен Семенович поставил на стол стакан воды и рюмку спирта. Николай от воды отказался, а вот от спирта, ну какой дурак откажется от спирта, выпив, он повеселел, и с надеждой поглядел на Понтовского.

- Значит так! - начал Семен Семенович. – Будем вашей проблемой   заниматься в комплексе.

 - Как так?

 - Да очень просто! – начнем лечить вашу жену и параллельно приманивать, и притягивать к себе счастье.

 - Вы шутите?!

 - Шутки давно закончились, когда за дело взялся человек моей квалификации. Усекли?!

 - Но что мне делать?!

 - А ничего особенного, сейчас пойдете домой, купите козу и поселите ее у себя на балконе!  Понятно?!

 - Натуральную козу??!

 - Да! Да! Именно козу!  

 - Николай промолчал. Подозрительно посмотрел на Понтовского и, осоловев от такого предложения,  молча  покинул кабинет.

 Через два дня  он вернулся.

 - Семен Семенович! – взмолился Тормозухин,  падая на колени. - Вы что-то советуете мне не то,   какое это  счастье? Кажется, я начинаю жить в аду! Жена орет, коза рогами переломала всю мебель, в квартире вонь, повсюду козий горох! Мама родная!!

 Но  Семен  Семенович был чертовски хладнокровен.

 - Кроме козы, – приказал он. - сейчас приведете домой облезлую собаку и кошку! Понятно?! 

 - Зачем?! 

 - Счастье,  счастье таким способом  заманиваем! – пояснил Понтовский.

 После этого Тормозухин еще несколько раз посещал кабинет доктора, который продолжал советовать  тому,  привести домой то петуха, то курицу, то змеюку подколодную и так далее. Но в последнее посещение, казалось,  Понтовский превратился в демона:

 - Тещу! Тещу! Приведи домой! Тещу…!! - кричал он.

 Прошло несколько дней. Ближе к вечеру дверь в кабинет Понтовского отворилась, и на пороге появился Николай  Тормозухин. На него было страшно глядеть. Его волосы стояли дыбом, глаза выкатились из орбит и смотрели в одну точку. Николая трясло, правая его рука крепко сжимала веревочную петлю, а левая кусок хозяйственного мыла.

 - Вы откуда, Николай?! – удивленно спросил Понтовский.

 - Из Ада!  – поступил короткий ответ.

 С целью отвлечь посетителя от дурных мыслей, Понтовский налил тому рюмку спирта. Отобрал мыло, веревку.

 - Ты это мне брось! - дело почти что сделано, а ты тут сопли распускаешь!

 - Я ухожу из жизни, это мое твердое решение! Съезжу в последний раз в командировку и все..! – заявил Тормозухин. Дом превратился в помойную яму, в самый поганый, вонючий зверинец, какое  тут на х.. лечение, мне кажется, что вы Семен Семенович и сами сошли с ума!

 Выслушав посетителя, Понтовский неожиданно резко вскочил и возбуждено начал  бегать по кабинету.

- Отлично! Отлично! Все хорошо! – громко кричал он. – Мы на верном пути!  На ВЕР-НОМ  ПУ-ТИИИ!! Понимаете?!

 - Нет!!

 Сделав еще несколько кругов по кабинету, он остановился напротив Тормозухина, улыбнулся и  передал тому в руки  красивую коробку.

 - Что это?! – спросил тот.

 - Здесь находится  инструкция, как стать счастливым человеком  и примочки для жены!

 Николай  раскрыл коробку и чуть было не охерел, его глаза сами того не желая, собрались у переносицы, а на лице появилась придурковатая улыбка.

 - Но это же..!! – Тормозухин достал из коробки обычный солдатский ремень с металлической пряжкой. - Это же..!

 - Примочки! Примочки от Понтовского! - перебил Николая Семен Семенович.

 - Но это же не эстетично?

 - Зато дешево, надежно и практично! - заметил доктор. Это чудодейственное, старинное средство лечит таких жен как у вас, изумительно, надежно и эффективно, так что действуйте и читайте инструкцию.

 - Но куда эти примочки прикладывать?!  – резонно спросил Николай.

- А прикладывайте куда попадя! К заднице так к заднице, к ногам, спине,  старайтесь попасть по  горбу и между лопаток,  а если попадете по башке, тоже неплохо!

 Удивленный и задумчивый Тормозухин ушел. Прошла неделя, вторая, месяц, два, прошел  квартал и вот …

 Появился он неожиданно в элегантном черном костюме, белой рубашке, при бабочке, и в  таких начищенных ботинках, что Понтовский поправляя на голове прическу, смотрелся в них как в обычное зеркало. В руках у Николая находились пакеты, наполненные всевозможной  дорогой закуской и дорогой выпивкой. Счастливая улыбка не покидала его лица.

 Мужчины обнялись как закадычные друзья, расцеловались, Людмила быстренько накрыла в процедурном кабинете шикарный стол. Завязался неторопливый разговор.

 - Ну, как мои примочки, помогли? Жену подлечили? Обрели или нет счастье? Как мои рекомендации, как инструкции?! - живо интересовался Понтовкий.

 - Спасибо вам, СеменСеменович! – начал рассказывать Тормозухин.

- Поступал и делал,  я  все как вы  советовали.  Уехал в командировку, а у самого на душе кошки скребут, переживаю, но сдерживаюсь, домой не звоню и без предупреждения возвращаюсь  на два дня раньше обычного. Ага! Значит, поднимаюсь по лестнице, слышу в квартире шум, гам, топот, музыка играет, ну, и все такое. Терплю, молча звоню в дверь и стучусь минут так  двадцать, двадцать пять. Короче делаю  все строго по инструкции.  

 - Правильно! Молодец! Так и нужно!

 - Слышу,  наступила тишина. Беготня кончилась, стихла музыка. Я тогда открыл дверь своим ключом, захожу  и,  чуть не закричал от ужаса. Жена сидит окаменевшая,  на меня не реагирует и такое ощущение, что она тронулась рассудком. Но я взял себя в руки, достал солдатский ремень….

 - Примочки, примочки! – поправил собеседника доктор.

 - Ну, да я и говорю, как начал примачивать  куда попало! По спине, жопе и по самому ее слабому месту,  это по ее башке!

 - Слабое место у нее не там находиться! – пояснил Понтовский.

 - Ага! Она вдруг как заорет благим матом, завизжит и, как обезьяна, начала по комнате носиться, заскочила на антресоль, прыгнула на люстру, потом на шкаф, под кровать и так далее! У меня глаза на лоб, не пойму, окаменелость у нее  мгновенно  исчезла, а на ее место появилась прыгучесть и гибкость. Но я не останавливаюсь, изловчился, ухватил ее за шиворот, она изгибается как угорь, кусается,  шипит, пытается мне  ногой по яйцам врезать, но не тут то было, я дверь открыл и пинками, пинками погнал ее из дома.

 - Отлично! Молодец!

 - Затем, опять согласно инструкции, выкинул из дома всю живность, драную козу, блохастую собаку с кошкой, петухи и курицы сами разлетелись, а змеюку подколодную я соседке в почтовый ящик положил!

 - Правильно! – заметил Понтовский. – Это по-нашему!  Умница! Продолжай!

 - Так вот, затем я дверь запер и начал планомерно осматривать квартиру. Заглянул в шкаф, осмотрел кухонный гарнитур, темную комнату, балкон и вдруг..! Мама родная вот он супчик- голубчик, молодой любовник в прихожей сидит, под одеждой прячется, готовится в любую минуту  в коридор  выскочить.

 - И как вы на это среагировали?!

 - Да как, как? Взял в руки ремень…

 - Не ремень, а  примочки,  примочки. – вновь поправил собеседника Понтовкий.

 - Ну, да я так и говорю, взял в руки ремень и как начал его мочить, шум только стоял, аж стены затряслись, штукатурка начала осыпаться.

 - Так, хорошо,  а потом?

 - А потом, когда всех повыгонял, поменял в доме мебель и сделал ремонт, побелил,  покрасил, навел  чистоту и порядок, появился  уют и тепло,  и так после этого мне хорошо стало, не высказать. Не квартира, а рай Божий. На работу иду, настроение превосходное, песни пою, с работы возвращаюсь, тоже пою. Посетил театр, там познакомился с женщиной, учительницей младших классов, прекрасным, умным и отзывчивым человеком,  с которой  планирую связать свою дальнейшую судьбу! Вот такие дела! – закончил Николай.

 - Рад,  рад я  за тебя! – отметил Семен Семенович. – Хотя, признаться  с трудом догадался, как она тебя дурит. Ох, и хитра, оказалась у тебя жена, ох, и хитра! Долго понять я  не мог, а когда ты рассказал мне, что она таблетки не пьет, а нюхает,  тогда до меня то  и дошло. Все стало на свои места. Я понял, что когда ты приезжаешь из командировки и  застаешь жену  врасплох, ей деваться-то некуда, вот она и притворяется больной, концентрирует на себе все твое внимание, как лежащий труп, посреди комнаты. Ты, конечно, в ужасе бросаешься на помощь, сломя голову, бежишь в магазин, аптеку, больницу, а в это время, посмеиваясь над рогатым муженьком, любовник беспрепятственно сматывается из квартиры. Ты, не подозревая, возвращаешься, предлагаешь супруге таблетки, а они ей на хрен уже не нужны, вот она и имитирует выздоровление, понюхает, подышит над ними и дело в шляпе. Понял?!

 За разговорами и при хорошей выпивке засиделись мужики допоздна. Расстались, если не друзьями, то уж точно хорошими товарищами. Когда за Николаем захлопнулась дверь, Понтовский откинулся на спинку стула, задумался, улыбнулся, вспоминая, как дедовским методом вылечил  Виолетту.

 - Надо же, - подумал он. - сколько живу, творю, работаю, но подобного случая, такой тонкой игры,  не  припомню.

 С этой   мыслью он  открыл свою  толстую тетрадь, полистал, взял ручку и   под номером сто с удовольствием записал еще одну историю, напоминающую нам, доверчивым  мужикам, о хитрости  и женском коварстве…              

 

предыдущая часть                            к оглавлению