Приветствую Вас, Гость

Молчание - золото (часть 2)

предыдущая часть                            к оглавлению

 

 

Но эти доводы моментально рассеялись,  стоило посетителю только  присесть рядом и положить руку на стол. Семен Семенович вздрогнул. Все руки клиента оказались исколоты и говорили о том, что незнакомец прошел через «малолетку», что он числился «королем зоны» а татуировка «ТУЗ»  расшифровывалась как «тюрьма  у нас забава».

- Моя фамилия Дуремаров Иван Органович. Кстати, отчество идет от музыкального инструмента. - подметил мужчина.

 - Принято. - моментально  согласился Понтовский,  лихорадочно перебирая  карточки с историями болезни.

 - Не ищите, у меня нет карточки, я от влиятельных людей…!

 - От кого же, если не секрет?!

 - Ну, я же сказал, от влиятельных  лю-дей! Поняли?! - мужчина  мягко  улыбнулся, но после этой улыбки у Понтовского почему-то  по  телу побежали мурашки.

 - Держись казак!! – сам себя начал подбадривать Семен Семенович. - Да не обоссысь раньше времени.

- Значит вы ко мне?!

 - Да, да к вам!

 - Хорошо, говорите, на что жалуетесь?!

 - Ну как вам сказать… В этот момент посетитель как-то стушевался, опустил глаза,  начал ерзать на стуле,  да и вообще вел  себя странным образом.- Ну.. вообще-то.. я ..это.. короче ..

 - Не стесняйтесь, здесь все свои! - Понтовский начал подбадривать Дуремарова.

 Посетитель замялся,  как красна девица,  а потом начал неожиданно подмигивать Понтовскому и посылать тому какие-то странные  знаки.

 - Не понял?!

 - Ну короче…я бы хотел..- в этот момент он кивнул в сторону Людмилы, как бы давая понять, что она  должна бы покинуть кабинет. Догадавшись, что от нее хотят избавиться,  Людмила так возмутилась, что, надув  щеки и сверкнув глазами, гневно выпалила:

 - Не стесняйтесь,  господин хороший, мы тут всякое  видели и лечим все,  кроме триппера и коклюша, так что признавайтесь,  у вас видимо давно уже  не стоит, «машинка» не работает, чернила высохли, и перо сломалось!!

 - Услыхав такие слова, Дуремаров не знал, что ответить, он вскочил со стула, злобно сверкнув глазами, нервно задышал, посмотрел на Людмилу как на «врага народа» и стремглав кинулся вон из кабинета.

 В среду, в назначенный Сергеем Маузером час, Семен Семенович в компании с Людмилой и двумя  медсестрами из отдела психиатрии, появился в небольшом ресторане с названием «Три тополя», на открытой площадке которого росли только густые елки. Порадоваться за товарища и вместе с ним отметить еще один счастливый год жизни без тещи,  пришло человек двадцать разношерстной публики, где присутствовали и государственные служащие, и  предприниматели средней руки, таксисты и даже бывший участковый с молодой, худощавой женщиной  и шестидесятилетней секретаршей своего начальника. Но какое было удивление Понтовского,  когда тот заметил среди приглашенных господина Дуремарова.

- Сергей, кто это такой?! - поинтересовался Семен Семенович.

 - Это!!  - Маузер многозначительно поднял вверх указательный палец. – Это теперь наш общий знакомый и большой в городе человек. А что?

 - Да  на днях  приходил ко мне он на прием,  вел себя как-то странновато, сидел,  мялся,  ломался как  девочка, намекал остаться вдвоем, а потом убежал сломя голову.

 - Интересно! - Сергей закурил трубку, задумался. -  Человек он не робкого десятка, да и две ходки  по шесть лет на зону строгого режима, говорят именно об этом.  Насколько я знаю, в тюрьме он  работал редактором  газеты  «Солнце всходит и заходит», вел себя хорошо,  и,  видимо,  поэтому  сам Владимир Вольфович Жириновский и назначил его председателем городского отделения партии ЛДПР, должностью которой,  кстати,  Дуремаров  дорожит и очень гордится.  Короче парень он не плохой. - сделал заключение Сергей.

 - Только ссытся да глухой! – машинально произнес Понтовский свою излюбленную поговорку.

 - Ну, не скажи Семен. Тут ты не прав,  от глухоты он года два как уже излечился….

 - Мдаа!!  Ну,  ладно!

 Поговорив с приятелем, Понтовский подмигнул Люсе,  весело воркующей с директором городского морга,  налил себе бокал  вина и взяв его в руки,  направился к заведующему трамвайным  депо,  который торчал возле стойки бара и с удовольствием ковырялся в носу.

В  этот момент его окликнул Дуремаров.

 - Семен Семенович! – поздоровавшись за руку мягко произнес он. – Может отойдем, «побакланим». (Бакланить -  означает: поговорить, провести беседу или выяснить некоторые обстоятельства.  Используется в основном «Зеками» и недалекими людьми, как правило, с образованием один или два класса. Прим. Автора) 

 - Что?! - не понял Понтовский.

 - Ну, это..как его..ну, короче ….Не зная как на правильном,  человеческом языке  произнести фразу, сказывались двенадцать лет строгого режима, Дуремаров начал приглашать Понтовского почирикать, перетереть, перемять, базарнуть, постучать клыками, перешуршать, побулькать, посвистеть…

 - Не понял?

 - Да поговорить он с тобой хочет. - перевел потуги Дуремерова  подошедший Маузер.

 - Ну, так бы сразу и сказал!

 - Да он так и говорит, только на своем языке!  Усек?!

 Отведя Понтовского под тень размашистой вековой  едки Дуремаров вкратце рассказал,  кто он, что он, чем увлекается, чем занимается, ну, и так далее..

 - Я ведь к вам  не как к врачу,  а как к экстрасенсу хотел обратиться, побакланить один на один хотел, дело у меня серьезное. Понимаете?! - пояснил Дуремаров.

  Услыхав эти слова, Семен Семенович обрадовался, сразу надул щеки, выпятил грудь:

- Ну, наконец-то, вспомнили. – подумал  он

 - Пожалуйста, я к вашим услугам,  но почему такая конспирация, что-нибудь интимное?

 - Да как вам сказать…- собеседник вновь замялся. - Дело скорее политическое Кражи,  кражи у меня происходят, уважаемый  Семен Семенович, не знаю, что и делать,  прямо из офиса тащат. С этими словами он показал Понтовскому  агитационную брошюрку  размером с обычный тетрадный листок,  где был изображен  В. В. Жириновский с призывом  «Не врать и не бояться». – Вот эти листки тащат, пачками тащат, не знаю, что и делать?

 - Но я то здесь причем!? - искренне возмутился Понтовский. - Я врач, я  экстрасенс, целитель, я лечу людей, снимаю порчу и сглаз, я поправляю людское здоровье, а вы предлагаете мне выступить в роли ищейки, с этой проблемой вы  должны обратиться не ко мне,  а  в прокуратуру или следственный комитет!! Поняли?!

 - Да что вы, что вы!! - собеседник интенсивно начал махать руками. – Да вы что? Какой следственный комитет? Скоро выборы в областной совет, а тут допросы, обыски, журналисты,  скандал. Нет,  нет, ни  в коем случае! Это исключено!

 - Ну, тогда спишите или отпечатайте новые брошюрки, не велика потеря, в чем проблема- то?! Не понимаю?

- Да как в чем? - Дуремаров чуть не заплакал. - Если печатать новые плакаты, это новые, не запланированные затраты, с меня спросят, начнутся вопросы, что происходит?  Ага, воровство в партии,  не порядок,  я со своим  тюремным «багажом» немедленно попадаю под подозрение. Понимаете? И списать эти брошюрки  не могу.

 - Почему?!

 - Да потому что стукачи кругом. Вот на днях я эти плакатики должен был  разнести по ресторанам,  кафе, барам и  положить на каждый столик, но,  решив сэкономить материал, я  развесил их  на дверях общественного туалета, сами понимаете, туда не зарастает народная тропа и на воротах городского кладбища, там бизнесмена одного хоронили, опился паленой водкой, народу было пруд пруди, думаю хорошо, все нормально, но не тут-то было, на следующий день  звонок сверху,  спрашивают: так, мол,  и так, почему в ресторанах не присутствовало лицо В. В. Жириновского. Понимаете?!  Для меня шаг вправо, шаг влево….

- Сочувствую! Но вы обратились не по адресу! - терпеливо  пояснил  Понтовский. 

  Дуремаров глубоко  вздохнул.

–Эх, Семен Семенович! - задумчиво произнес он. - А   меня уверяли,  что  вы,  без труда можете связаться с космосом, с параллельным миром и спокойно подсказать, куда пропадает агитационный материал. Мда..

 Понтовский хотел было уже уйти,  собеседник начал его раздражать, он повернулся,  но в это время  Дуремаров не громким, но с металлическими нотками в голосе произнес:

 - А вот в казино «Золотой  гульден» …- здесь он сделал длинную паузу.- Сотрудники  рассказывали что вы – и опять пауза...

 - Ах ты,  мерзавец! – напрягаясь, подумал Понтовский, догадываясь, что Дуремаров пытается его тонко  шантажировать. - Хочет меня взять за «жабры»? Негодяй! Подлец!

 - Или вот  взять   бомжей…-  продолжил Дуремаров. – Никчемные  людишки, кажется, так себе дерьмо, пьянствуют,  воруют, честнейших людей в подворотнях раздевают…..  и опять длинная пауза .. а как разговор  о вас заходит,  так сразу слова благодарности и восхищение вашим талантом…Вот какие дела!

 Понтовский не знал, что и  ответить, у него от злости  перехватило дыхание,  внутри все клокотало,   в его душе  поднималась волна гнева и  ненависти, он понимал, что этот с виду простенький,  добродушный человек с невинным взглядом и мягкой улыбкой,  на деле  оказался расчетливым циником и наглым прохиндеем. Семен Семенович сжал кулаки, в голове появилась мысль е….ть этому  мерзавцу,  чем-нибудь тяжелым по башке, пнуть по яйцам или  харкнуть в  его наглую  рожу. Но  сделать этого Понтовский не успел, так как  до его сознания  долетели слова Дуремарова.

 - Ну, не хотите помочь, тогда возьмите этот плакатик домой, на стенку повесите! - с этими словами он протянул Пнтовскому брошюрку с изображением В.В. Жириновского. – Встанете с постели  утром,  а со стены на вас Владимир Вольфович смотрит, улыбается, как бы благословляет на дела добрые,  удачи желает. Кроме этого, плакатик может дырочку, потертость,  или трещинку какую на обоях закрыть,  а вы вдруг передумаете, да и  расскажите нам,  куда они  пропадает, кто ворует,  кто и куда их  используют.

 Каким-то чудом, не заметно, но агитационный листок внезапно оказался в руках Понтовского. Семен Семенович  в гневе его смял, хотел было бросить  в наглую рожу собеседника, но в последний момент остановился. Как ни странно, но брошюрка оказалась на  удивление мягкая,  податливая и смахивала  на медицинскую вату, или даже на лебяжий пух в бабушкиной подушке, она была приятна на ощупь, нежна и очень  легка.

 В сердцах скомкав листок, Понтовский раздраженно  кинул  его в урну,  повернулся  и,   решив уколоть собеседника,  резко бросил:

-  Этой бумагой не  дырки на стене нужно заклеивать, а жопу вытирать!  Понятно?!  Всего скорей ваши сотрудники так и поступают…

 

 После этого случая прошла пара недель. Однажды, в конце рабочего дня,  когда людской поток заметно поиссяк, Семен Семенович устало откинулся на спинку стула и, взяв в руки медицинские  карточки пациентов, обратился к своей верной  помощнице. 

 - Эх, Людмила, как мне все это надоело!  Посмотри,  чем приходится заниматься,  а? Мне,  талантливому экстрасенсу и чревовещателю?! Боже мой! - Семен Семенович начал читать истории болезней.  – Вот, к примеру,  товарищ Самойлов,  девяносто лет, диагноз – недержание мочи. Галина Петровна Мордобоева,  восемьдесят лет – хронический понос, ее сын,  шестьдесят лет - чесотка, далее идут пациенты с лишаями экземами и золотухой.

 - Господи!  Ну, когда, когда на горизонте появится настоящий клиент, богатый, успешный, желающий за кругленькую сумму  почистить карму, или снять с себя порчу. Ну, когда же, наконец?!  С этими словами  Понтовский   поднял руки к небу, прочитал легкую молитву и… о чудо. В какой-то момент дверь распахнулась, и в кабинет зашел, да какое там зашел,  влетел,  Сергей Маузер с большой походной сумкой в одной руке и толстой кожаной  папкой  подмышкой. – Господи да неужели услышал ты мои молитвы!! – обрадовавшись произнес Понтовский.

 - Семен!! – с трудом переводя дыхание   начал  с порога Маузер. - Я горжусь тобой, понимаешь? Горжусь,  я знал, что ты талантлив, но что бы вот так,  сходу, с налета, без всякой подготовки… Ну ты даешь, стране угля!!  

 - Да, чего такое?!

 - Не обращая внимания  на ошарашенного Понтовского, Сергей сделал несколько глубоких поклонов и пафосно произнес:

 - Спасибо тебе  Семен Семенович, большущее спасибо!!

 - Да за что спасибо и от кого такое внимание?!

 - От друга нашего, господина Дуремарова! – пояснил Маузер. Поклон он низкий тебе шлет  и вот.

 Подойдя к столу, он открыл сумку, в которой находились несколько бутылок  дорогого  коньяка, виски, водка, хорошая закуска, а сверху красовался запечатанный конвертик.

 - Не понял?! А  сам-то он где?! - Понтовский явно  не был  готов к такому повороту событий.

 - Стесняется, меня попросил! – пояснил Маузер.

 - Но я все равно ничего не понимаю!

 - Да чего тут не понять, голова твоя  садовая, сильно помог ты Дуремарову  в решении   проблемы его  помог, с ходу определил, куда девается столь милая  его сердцу политическая литература! Понял?!

 - Но я…! – Семен Семенович хотел, было признаться, что никому  не помогал, но Маузер продолжал.  

 - Насколько я  в курсе,  ты  популярно и доходчиво  объяснил Дуремарову,  куда пропадает агитационный материал. Так?!

 - Ну, как тебе сказать…

 - Не скромничай, не скромничай Семен! Так вот  слушай дальше: Короче говоря, он твою рекомендацию  запомнил и  на следующий день, придя в офис, первым делом пересчитал все плакаты, выложил их на видное место, после чего  организовал для своих сотрудников  небольшой пикничок. Затем,  Дуремаров  подсыпал им  в пищу препарат «Пурген –С»,  кстати, твоего изобретения,  и как бы за между прочим, на часок отлучился по делам.

 - Так,  интересно, интересно…

-  Ну и вот, что ты думаешь? Кода через час он вернулся,  то обнаружил,  что плакаты с изображением Вождя ЛДПР  исчезли  ввиду того, что  сотрудники офиса,   вытирали  ими задницы, то есть, так как ты и предсказывал! Усек?! А?!

 - Мдаа! И что было дальше?!

 - А дальше,  я ему посоветовал вычесть с них деньги, причем в трехкратном размере, а тех,  кто откажется платить,  поставить на «Счетчик» .

 - И что получилось?!

 - А как  ты думаешь! - Сергей кивнул на сумку с подарками. - А вот и  результат нашего совместного сотрудничества! Понял?!

 - Но это еще не все!! – сделав паузу,  он добавил. - После этого случая, о  тебе,  как о талантливом экстрасенсе вспомнил весь политический бомонд, заговорил весь город, район, да какой там район, вся область. Улавливаешь?!

 - Не совсем! – честно признался Понтовский.

 Маузер молча положил на стол кожаную  папку.

 - Смотри! –  торжественно произнес он. - Здесь заказов тебе,  как сильному и талантливому экстрасенсу, на целую пятилетку, короче говоря,  до следующих выборов!

 С этими словами он весело подмигнул Людмиле,  которая ничего не понимая,  часто хлопала глазами и как всегда в подобных случаях,  сосала свой указательный палец.

 Недоверчиво посмотрев на Маузера,  Семен Семенович достал из папки первый попавшийся листок,  который оказался заявкой от партии  «Парнас».

 - Ну и названьице! – удивился Понтовский.  –  Звучит как «Понос».

  В заявке, в частности излагалась просьба руководителей партии, которые за любые деньги просили Семена Семеновича разыскать пропадающую в больших количествах агитационную литературу, а так же  почистить им карму и снять порчу, считая,  что именно это явление помешало,  кандидатам  из «Парнаса»  попасть в Государственную думу.

Дальше, с подобными просьбами  шли заявки от партии «Барбос», «Справедливый Пиндос», «Голубой копчик» и «Синий платочек». Имелись заявки от  партии, «Левак», «Правак» и

«Синяк», не отставали от своих коллег новые  партии, «Длинный язык», партия «Балаболов», «Пи…В» и «Мудозвонов».

 Конечно, такому  фронту  работ Понтовский был безумно рад,  доволен,  почти  что счастлив. А как же иначе, как же не радоваться,  если о нем, как об экстрасенсе почти все  забыли. Он понимал,  стоит только  начать  действовать  в этом направлении,  и к нему повалят представители  не только  городских и областных, но и краевых и всероссийских партий. Его завалят заказами, завалят работой, осыплют наградами,  почестями и так далее.  

 Но Семен Семенович не торопился, он раздумывал и в какой-то момент решил признаться Сергею,  что его зря хвалят, зря подкидывают денежное вознаграждение,  что он вовсе не  помогал  Дуремарову, а просто высказался,  желая быстрее от него избавиться, отомстить, уколоть и сделать ему больно. Семен Семенович даже было открыл рот, чтоб  вслух сказать об этом, но в последний момент остановился, внимательно посмотрел на папку с заявками,  раскинул мозгами, вспомнил о своих пустых карманах,  трусах, которые нужно было  обязательно отыграть,  о  норковой  шубе для жены, итальянских для нее же,    зимних сапогах и валенках для тещи, о старенькой,   без двигателя машине,    о  русской  пословице, где   слово – серебро, а молчание -золото, глубоко вздохнул после чего подумал, подумал, подумал,  подумал, почесал затылок и  благоразумно ….. про-мол-чал.    

 

предыдущая часть                            к оглавлению