Приветствую Вас, Гость

 ЗАТЕРЯННЫЙ ПРИИСК. Глава 4. Снежный человек​.

 

Наступило утро. Как и договаривались накануне, Прошкин на дрезине немедленно отправился в  районный ОВД. Сам же капитан Жуков на стареньком УАЗике в компании с Григорием Румянцевым и с лейтенантом Быстрицкой поехали в поселок Тухтун.

 - Какого черта испугались эти охотники? - всю дорогу размышлял Жуков. - Может, якуты   просто нам  помогать не хотят, как думаешь, Григорий?

 - Вряд ли! Прииск, скорее всего, расположен на их промысловом  участке. А встречаться с лихими людьми  в глухой тайге в интересы местных  охотников ну, никак не входит. Значит,  - сделал умозаключение Григорий, - в тайге произошло что-то неординарное и видимо страшное.

 До поселка оставалось совсем немного. За поворотом появились первые дома.

 - Остановись! – приказал Жуков водителю. Шофер  затормозил. - Давай вот сюда! - капитан показал на небольшую полянку, окруженную мелкими сосенками. Водитель тут же съехал с  дороги. Пассажиры  вышли из машины и прошлись по полянке, разминая ноги.

- Ну, что, Григорий! – Жуков подмигнул товарищу. – Ты сейчас можешь ни от кого не прятаться, лишь для отвода глаз появись на своем производстве, а потом пройди к Аким Логуловичу, он у тебя в подчинении, так что твой визит подозрений ни у кого вызвать не должен. А вот мы прогуляемся за поселком, заглянем к родственнице Прошкина, подготовим пункт наблюдения, после чего я тоже появлюсь у твоего якута. Лады?

Григорий согласно кивнул головой. 

Приказав водителю дожидаться в машине, Жуков вместе со своей подчиненной стали обходить поселок стороной. Подойдя к дому Матрены Петровны, так звали женщину, родственницу Прошкина, капитан огляделся. Открыл калитку. Во дворе пожилая женщина, примерно в возрасте шестидесяти пяти-семидесяти лет, кормила куриц. Она подняла глаза и с тревогой посмотрела на вошедших. Капитан поздоровался и сделал легкий поклон. Увидев, что женщина все же испугана, Быстрицкая тоже поздоровалась и мило улыбнулась.

 - Вам низкий поклон от Прошкина Егора Николаевича! – с улыбкой произнес капитан. С этими словами он подошел к старушке и передал ей конверт. Внимательно прочитав записку,  женщина  подняла глаза и лукаво посмотрела на молодую парочку.

 - Вам место  для наблюдения подготовить на одного или сразу на двоих? Так как, молодые люди?

 От такого вопроса  Быстрицкая засмущалась и чуть покраснела.

 - Да, она одна будет, нам  необходимо  приглядеть кое за кем, - ответил за коллегу Жуков.

- Выбирайте! - кивнула на многочисленные  сараи старушка. - Любым можете пользоваться!

 Оставив на попечении Матрены Петровны лейтенанта Быстрицкую,  Жуков так же скрытно  направился в сторону дома якута. Не спеша, стараясь не показываться на глаза местным жителям,  он подошел к ограде из сосновых жердей. Еще издалека капитан заметил, что возле изгороди его дожидается хозяйка дома  Анык Басыковна. Женщина была взволнована.

 - Вы чего тут стоите?! – капитан нагнулся, пролезая  между жердями.

 - Стою, караулю, чтобы собаки не тявкали, а то, знаете, какой вой тут начнется. Она топнула на собак ногой, которые  находились в вольере и внимательно наблюдали за незнакомым человеком.

 - Ну-ка, тихо! - грозно крикнула хозяйка собакам. - Заходите! -  женщина открыла полог юрты.

 Жуков, обходя хозяйку, прошел вперед.  Как и в первый раз в нос пахнуло дымом,  вареным мясом и звериными шкурами. От горящего костра в юрте было жарко.  Над огнем кипел большой чайник.  На  невысоком столике горела настольная лампа и работала рация, где на всю страну голос диктора объявлял о высоких  достижениях в народном хозяйстве.  Вся семья Аким Логуловича была в сборе,  там же уже  находился и Григорий Румянцев.

В юрте повисло напряженное молчание. Убежавшие из тайги сыновья сидели возле костра,  постоянно шмыгали  носами и  понуро глядели в землю. Вид у обоих был жалкий. Старший сын сидел в куртке из оленьей шкуры, накинутой на голое тело, на шее у него висел шнурок, на котором болтался медвежий клык. В черных  нечесаных волосах застряли какие-то соломинки и сосновые хвоинки. Его руки  были покрыты сажей и замазаны машинным маслом. Второй брат выглядел не лучше первого.

  «Аборигены, - подумал про себя Жуков. – Настоящие дикие, неотесанные и необразованные аборигены!»

Он поудобнее уселся на шкуры, положил возле себя планшет,  пристально посмотрел на братьев и задал первый вопрос:

 - Ну, чего мужики, кто это вас так бесцеремонно из тайги выгнал?! Рассказывайте,  что произошло?

 Братья молчали. В это время к Жукову подошла Инга и поставила перед капитаном пиалу с душистым чаем и небольшую вазочку с таежным медом.

 - Спасибо! - поблагодарил Жуков, про себя отмечая красоту девушки.

 Братья продолжали молчать. Внезапно старший из сыновей Мутур заговорил, яростно  жестикулируя руками.

 - Чего-чего?! – переспросил Жуков, разбирая в его путаной речи лишь испуганное:

- Духи выгнали, духи!

 - Какие к черту духи?! - капитан начал злиться.

 - Духи! – упорно повторил Мутур. Он попытался объяснить,  чего или кого они  встретили в тайге,  но из-за отвратительного русского языка получалось у него это плохо. Из невнятного его объяснения  капитан  ничего не мог понять. Парень попытался объяснить еще раз, но вдруг замолчал и от какого-то бессилия даже  заплакал, заскулил волчонком.

 Инга выключила рацию. В  юрте наступила гнетущая тишина.

 Жуков вопросительно посмотрел на Григория.

 - Утверждает, что из тайги их выгнал  лесной дух,  ну, вроде нашего Лешего! - Григорий усмехнулся.

 - Леший?..

 - Ну, да!

 - Они, что видели его собственными глазами?

 - Ну, конечно видели!  Поэтому от страха  чуть с ума и не сошли.

 Жуков почувствовал что-то вроде жалости, смешанной с раздражением, глядя на бестолковых братьев. Затем попросил разъяснить ситуацию Акима Логуловича. Тот пыхнул трубкой,  помолчал, явно сдерживаясь, а затем с нескрываемой злобой посмотрел на неряшливых сыновей:

 - Я и сам, мужики, до конца понять ничего не могу!  То, что видели их глаза, разум  этих болванов переварить не может, а  их язык не может объяснить, однако.

Услыхав такой ответ, Жуков  вытер взмокший от пота лоб.

 - Ну, и как вам история? – капитан обратился ко всем присутствующим. – Что-то надо делать, в мистику я не верю, здесь действовали реальные персонажи. - А  вы там кроме лесного Лешего не видели случаем еще и Бабу Ягу в ступе? - он в упор посмотрел на братьев. Те затравлено  молчали. Молчал и Аким Логулович.  Затем он кивнул головой дочери. Та быстро выбежала из юрты, а через минуту вернулась, держа в руках карту таежной местности.

 Хозяин развернул карту и положил ее у своих ног.  Бросив на нее короткий взгляд, он повернулся  и задал сыну короткий вопрос на своем языке. Сын, продолжая всхлипывать, что-то ответил и  замотал головой. В этот момент отец взял в руки узластое полено и с силой ударил Мутура по спине.  Не ожидая такого поворота дела,  Жуков от неожиданности вздрогнул и протянул руку, словно защищая молодого якута. Насупившись, Мутур притих.

 - Я тебе дам, не пойду! Видишь, чего заговорил! – на русском языке произнес Аким Логулович. С этими словами он посмотрел на Жукова и произнес:

 - Предлагаю  завтра вместе выйти  в тайгу и  осмотреть то место,  где мои  балбесы встретились с Лешим,  однако!

 - Я тоже с вами пойду! – загорелся Григорий.

 - Хорошо! - Жуков встал, разминая затекшие ноги. -  Завтра,  так завтра!

Попрощавшись с хозяевами, Жуков с Григорием  вышли из юрты. На улице было уже темно, поэтому было решено идти к машине через поселок.  Инга вышла проводить гостей.   Подойдя к  забору, Жуков откинул с калитки крючок, вышел на улицу и повернулся, чтобы попрощаться с Ингой.  В следующую секунду он остановился. Молодые люди стояли возле калитки и смотрели друг другу в глаза. 

Жуков отвернулся.

  «Ну, что этот  чудак медлит?! – подумал он. - Да ему уже  после первой встречи нужно было бы  завалить такую красоту цветами, задарить подарками, поклониться в пояс ее родителям и немедленно сделать этой красавице предложение! А этот увалень спит! Так ведь и проспит свое счастье!» – завидуя товарищу белой завистью, капитан медленно шел вдоль улицы.

 - Возвращайтесь скорей, я вас буду очень ждать! – донеслись до Жукова слова Инги.

 Через некоторое время, красный как вареный рак, Григорий догнал капитана.

Утром капитан Жуков и Григорий Румянцев в полном охотничьем снаряжении были на заранее  условленном месте. Якут с огромным кобелем на поводке, и в сопровождении старшего сына уже стоял на окраине поселка.

Заспанное солнце выглянуло из-за кромки леса, освещая верхушки вековых елей. Поселок пробуждался. Где-то громко и настойчиво лаяла собака.  Звонко голосили редкие петухи, срываясь на фальцет, слышимый далеко по округе.

 - Ну что, в путь? – Аким Логулович придирчиво осмотрел снаряжение путников.

 - С богом! – махнул рукой Жуков.

 Повернувшись и дав собаке команду «Рядом!», якут уверено  направился вглубь тайги,  взяв курс на северо-восток. Путники шли молча. Несмотря на свой возраст, Аким Логулович  передвигался удивительно быстро. Через час такой ходьбы более молодой Жуков почувствовал усталость.

 - Мужики! Давайте немного помедленнее! – наконец взмолился капитан.

 - Рановато что-то вы уставать начали! – якут хитро улыбнулся, но чуть замедлил шаг.

Все чаще и чаще с небольших болот, поросших брусникой,  начали взлетать тетерева и стаи рябчиков. Почувствовав запах и упругие хлопки крыльев, собака начала громко скулить, а когда с ягодника поднялся целый выводок  глухарей,  звонко подала голос.

 - Тихо, ты! – хозяин торопливо шлепнул кобеля по загривку. - Не за этим мы в тайгу пошли, однако! Кобель прижал уши и, не совсем понимая, за что ему попало, опустил к земле свою большую голову. Закончились очередные  два часа нелегкого пути.  Жуков пытался держаться, но идти ему становилось все трудней и трудней.

 «Да, результат, как говорится, налицо. Сказывается отсутствие регулярных тренировок в ходьбе»,  - тяжко думалось ему.

В это  время впереди идущий якут остановился.  Дорогу путникам преграждал неглубокий ручеек. Аким Логулович вытащил из рюкзака карту и подозвал к себе сына. Мутур подошел,  бегло взглянул на карту и уверено показал направление. Двигаться пришлось  вверх по течению.  Идти становилось все трудней и  трудней. Все чаще начали попадаться  огромные валуны, поваленные деревья, затопленные водой ямы.  Вскоре путники поднялись на вершину пологого склона. Якут вновь подал знак остановиться.

 Воспользовавшись небольшой передышкой Жуков, прильнул к невысокой сосне. Ныла спина, гудели уставшие ноги, очень хотелось есть. Он снял с плеча карабин и присел на ближайший валун.

 - Может,  перекусим? – обратился капитан к Григорию.

 - Чуть  попозже! – ответил тот,  прикладывая к глазам бинокль.  – Как я понимаю,  мы уже  на месте?

 Это было как нельзя вовремя, так как у Жукова уже не оставалось сил идти дальше. Он сел на поваленное дерево и взглянул на якута. Тот, не спеша,  снял с плеч рюкзак, подошел к Григорию и, воспользовавшись его биноклем, оглядел местность. В этот момент капитан перевел взгляд на Мутура. Тот был неестественно бледен и явно испуган, словно Смерть уже глядела ему в лицо. Парень стоял на коленях возле огромного валуна и, судя по шевелению губ, читал молитвы. Невольно его волнение передалось и  самому  Жукову.  Он оглянулся,  медленно взял карабин в руки  и положил  палец на спусковой крючок. Григорий и Аким Логулович оставались невозмутимыми.

 Оглядев местность, якут вновь подозвал к себе сына. Продолжая трястись и молиться,  Мутур подошел к отцу и на его вопрос указал  пальцем на вереницу больших валунов, виднеющихся неподалеку. До них было не более  ста метров. Григорий и якут решительно направились в сторону камней. Преодолевая усталость, Жуков поднялся и, не выпуская из рук карабин, направился вслед за  своими  товарищами. Остановившись возле валунов, капитан обратил внимание на кучу сухого мха и  охапку веток. Кое-где была видна яичная скорлупа и обрывки газеты. В стороне Жуков заметил кострище, а рядом небольшой запас сухих дров.

- Кто здесь был, чья это лежка? – Жуков спросил  Григория.

 - Да вот они и были! - кивком головы Григорий указал на Мутура. - Смотрели, кто по тайге бродит. Место здесь уникальное.

 - И чем же оно уникальное? 

 - Называется бутылочное горлышко, – пояснил Григорий. – Кто бы из тайги ни вышел к поселку, обязательно пройдет через это самое горлышко. Вон там, километра через три начинается топкое  болото. Левее этого болота сильный  бурелом.  За нашей спиной тоже  бурелом и огромные валуны. Так что здесь получается единственный путь.

 - А что обойти это место нельзя?

 - Можно!- согласился Григорий. - Только нужно будет крюк делать примерно десять-двенадцать километров.

 Жуков осмотрел местность.  Перед ним лежала полоска земли примерно около трех-четырех километров. Относительно ровная,  покрытая мхом и редкими сосенками. Обзор  с того места, которое выбрали братья, был наиболее подходящим. Все – как на ладони, не скроешься от внимательного взгляда.

 - Так, что здесь произошло? - спросил Жуков Матура.

Парень молчал.

 Пока Григорий обьяснял Жукову, почему два брата решили поискать лихих людей именно в этом месте, Аким Логулович осматривал местность в бинокль. Осмотрев все внимательно, он приказал всем оставаться на своих местах. После этого он взял собаку на поводок, спустился вниз, свернул влево к ручью и скрылся в небольшом сосняке с густым подлеском.  Сын смотрел на действия отца с нескрываемым ужасом. Прошло несколько томительных минут. В тайге было тихо. Внезапно со стороны  сосняка раздался приглушенный крик. Не сговариваясь,  Жуков и Григорий побежали в сторону ручья. Мутур,  охваченный паническим страхом,  отскочил  в сторону и спрятался за сосну.

 Сосняк был уже рядом. Жуков снял  карабин с  предохранителя. Щелкнул и затвор и у карабина Григория. Внезапно чуть в стороне хрустнула ветка,  закачались  мелкие густые деревья и навстречу товарищам, с глазами полными страха  выскочил сам Аким Логулович.

 - Там-там! – показывая дрожащей рукой на заросли, шептал якут. – Там-там! – его словно заклинило.

Глядя на него, Жуков вдруг увидел, что  куда-то исчез опытный, мудрый и смелый охотник,  а на его месте остался лишь жалкий, испуганный старик. Якут продолжал трястись.

 - Он там! -  с ужасом продолжал шептать якут, держа в руках собачий поводок. Собаки на поводке не было.

 Капитан и Григорий замерли. Жуков почувствовал, как от неизвестности и  напряжения обильно вспотела спина, на лбу появились крупные капли пота. Он с удивлением понял, что тоже боится ЭТОГО, непонятного и пока невидимого, но вызвавшего ужас даже у старого охотника, многое повидавшего в тайге.

Внезапно, чуть в стороне, вновь хрустнул сучок, и на открытое место выскочила собака  Аким Логуловича.  Почуяв своих,  Байкал радостно  подбежал к ногам якута,  встал  на задние лапы и начал облизывать лицо хозяина.

 Ничего не понимая Жуков, вопросительно посмотрел на товарища.

 - В сосняке никого нет! – твердо произнес Григорий. - Собака ни на что не реагирует.

Продолжая держать карабины на изготовке, они вошли в густой подлесок. Немного придя в себя,  за ними последовал и ошарашенный  якут.

 - Вон там! – указывая пальцем на ручей, произнес он.

 Товарищи  приблизились к ручью.

- Мама родная! – прошептал Жуков и остановился, как вкопанный.  На зыбкой почве он вдруг заметил огромный след голой  человеческой стопы.

 - Ничего себе! – остановился у следа и Григорий.

У путников зашевелились на голове волосы. Непонятный давящий ужас начал сковывать волю. Преодолевая предательское чувство страха, товарищи перескочили ручей, где обнаружили  еще пять подобных оттисков. Следы были гигантские.

Жуков взял себя в руки. Кроме страха было и любопытство, все больше охватывающее его. Потными от волнения руками он крепко ухватил ствол карабина  и огляделся. Поблизости никого не было.

Прочесав сосняк вдоль и поперек,  путники  вернулись к  первому следу. Капитан снял с плеч  рюкзак, достал фотоаппарат и, не переставая оглядываться, начал торопливо фотографировать следы. Возле одного из следов он  сделал оттиск своего сапога сорок пятого размера.

 - Выглядит как след детского ботинка, если сравнить! - сделал заключение Григорий. - У этого монстра   размер пятьдесят второй или даже пятьдесят третий будет, - добавил он.

 - Не меньше! – приходя в себя, согласился Аким Логулович.

Увиденное поразило всех. Невозмутимым оставался только Байкал. Он бегал по сосняку, с шумом плюхался в болото, поднял выводок тетеревов, облаял глухаря, но по первому зову хозяина  вернулся  на прежнее место, и чуть было не затоптал гигантские следы.

Григорий и Аким Логулович внимательно следили за поведением собаки. Чтобы кобель не мешал работать,  его пришлось привязать к тоненькой березке. 

 Сделав необходимые замеры и фотографии,  товарищи все вместе  вышли из сосняка. Мутур все еще продолжал прятаться за сосной.

 - Иди-ка сюда! - отец подозвал к себе сына.  Парень с опаской вышел из своего укрытия и нехотя подошел к отцу. О чем разговаривали родственники,  Жуков не понял, но догадался, что отец хочет узнать у сына точное место,  где они с братом видели неизвестное существо. Парень указал пальцем на поваленную сосну.

Постояв в задумчивости, якут вновь вернулся в соснячок и вскоре вышел оттуда, зажав в руках два клочка шерсти. В одной руке он держал шерсть явно медвежью, но другой клочок, напоминая лосиную шерсть, все же чем-то отличался.

 - Ничего не понимаю! – произнес он. – Ну не Леший же и в самом деле в тайге появился?! Сколько живу, ничего подобного не видел.

Он показал шерсть Григорию.

 – Что за чертовщина?!-  произнес тот.  Какая-то странная шерсть, следов полно, место,  где  сидело существо, тоже нашли,  вся трава  истоптана, сучки поломаны, а собака ни в какую не реагирует. След не берет,  что это значит? Может, это и не  зверь вовсе? – сделал заключение Григорий. - Ну, по крайней мере, не житель дикой тайги.

 - А кто же тогда? – поинтересовался Жуков.

-  Это и предстоит выяснить, пока все в тумане.

Взволнованно переговариваясь, все отошли от соснячка и вернулись к тому месту, где у двух братьев был организован  наблюдательный пункт.

 Оглядывая  еще раз место,  Жуков внезапно почувствовал, что за ними кто-то наблюдает. Было ощущение,  что чей-то пристальный взгляд направлен ему прямо в затылок. Он поднял к глазам бинокль и с его помощью начал  всматриваться в каждую кочку, и в каждый  бугорок. Не заметив ничего подозрительного,  капитан произнес:

 - Самое удачное место  проверять всех тех, кто из тайги выходит!

- Это точно, однако!- согласился якут.    

 После небольшой паузы Жуков добавил:

- Кроме того, это место уникальное и для наблюдения за теми, кто заходит в тайгу.

Довод был убедительный, что оценили Григорий с якутом.

- Ты прав, капитан…

- Давайте отойдем в сторонку да перекусим! – предложил Жуков.

От голода его уже  начало немного подташнивать и вдобавок не покидало неприятное  чувство, что за ними продолжают наблюдать. С предложением все были согласны.

 Повернув назад и пройдя с километр  в сторону дома,  путники остановились возле небольшого ручейка.

 - Ну, что, здесь и передохнем, - предложил якут.

 Усталость буквально свалила Жукова на землю. От тяжелого рюкзака не гнулась спина, ремень карабина сильно натер плечо, а ноги налились свинцом. Полежав немного на влажном мху, он с трудом поднялся и уселся на поваленное дерево.

 - Правильно-правильно делаешь, однако! -  подметил якут. – Нечего на земле лежать. Земелька сейчас из тебя начнет тепло брать, поэтому простуду схватить  за милую душу можно!

Пока отец и остальные путники доставали из рюкзаков продукты,  Мутур вытащил из ножен охотничий нож и подошел к поваленной сосне. Он быстро нарубил сухих сучьев с ближайшей березки,  надрал бересты, тут же изготовил  рогатины, моментально разжег костер, набрал в котелок воды и,  бросив туда несколько  кустиков брусники, повесил котелок над огнем. После этого он нарубил охапку еловых веток и положил их на землю. Получилось что-то вроде скатерти.

 «Ловко как у него все это получается! – подумал Жуков. –  Сразу видно,  что любимым делом человек занят», - капитан с интересом  наблюдал  за Мутуром, который, подбросив в костер дров, уселся возле отца.

 Тем временем, не спеша,  капитан достал из рюкзака хлеб, кусок вареной лосятины и целлофановый пакет. В этом пакете находилось копченое сало, завернутое заботливой рукой жены  в плотный лист бумаги из старого журнала. Достав нож и  развернув сверток  Жуков начал аккуратно нарезать сало тоненькими кусочками.

 - Чего ты, подожди немного! - произнес  капитан, увидев,  что рука Мутура потянулась к салу. - Я тебе сейчас бутерброд сделаю.

Парень ничего не ответил. Вместо этого он  осторожно и даже с  какой-то  опаской стряхнул сало с бумаги и дрожащим пальцем показал на покрытую жирным пятном картинку. На картинке была изображена огромная африканская горилла.

 - Вот, это он нас тайга гонял! Он нас шибко пугал, однако! – глаза Мутура вновь были полны ужаса.

 - Неужели Йети вернулся?! - хриплым голосом произнес Аким Логулович.  Услышав это, все начали с опаской оглядываться по сторонам.

Взглянув на картинку со страшной образиной, Жуков, почувствовал, как у него вновь начинают вставать дыбом волосы. Представив это существо здесь, рядом с ними, в пределах досягаемости, Жуков только теперь понял, что пришлось пережить двум братьям при встрече с монстром

. В этот момент далеко в тайге послышался  протяжный волчий вой, от которого  у присутствующих по спине пробежали мурашки, хотя, казалось бы, ничего необычного в нем не было.

После возвращения из тайги прошло несколько дней. За это время Жуков успел побывать в библиотеке, где нашел фотографию гориллы в старой подшивке журнала «Окно в природу», проявил негативы с изображением странных следов и провел инструктаж охотников на случай возникновения  внештатной ситуации. Казалось, что все идет по плану. За домом Марты велось круглосуточное наблюдение, майор Прошкин продолжал работать с документами в районном ОВД.    

 В тот день, решив доложить начальству текущую обстановку, Жуков набрал необходимый номер оперативного штаба. В трубке раздался незнакомый голос.

 - Майор Копылов! - представился человек на том конце провода.

 - Начальник милиции  поселка Майский капитан Жуков! – так же, по форме,  отчеканил докладчик.

- Слушаю вас, товарищ  капитан!

 Жуков начал докладывать. Он подробно рассказал, что побывал с товарищами  в тайге, рассказал о нахождении непонятных следов и пересказал слова очевидца о страшном существе, похожем на  африканскую гориллу.

 - Чего-чего?! - услыхав про гориллу, переспросил майор.

Жуков повторил. Ничего больше не спрашивая, майор посоветовал Жукову все сказанное отразить в официальном рапорте,  после чего положил на рычаг  трубку.

В дверь постучались. Это был дежурный, занесший в кабинет ежедневную почту.

 - Давай сюда! – капитан равнодушно забрал папку. Передав документы,  сержант вышел.

 Не успел Жуков  взглянуть на корреспонденцию,  как вновь зазвенел телефон. На этот раз звонил следователь по особо важным делам.

 - С какой это вы гориллой в тайге встретились, не шутите? – недоверчиво спросил он.

- Нам не до шуток было…

 Вспоминая пережитое, капитан вновь пересказал то, что минуту назад докладывал майору Копылову.  В ответ следователь только хмыкнул, после чего в  трубке послышались короткие гудки.  

В кабинете наступила тишина.  Немного поразмыслив, Жуков устало  вздохнул, отодвинул от себя телефон и открыл папку с ежедневной почтой. Перебирая  газеты,  он вдруг обратил внимание на один из конвертов. На нем красивыми, ровными, печатными буквами было выведено:

 « Начальнику отделения милиции поселка Майский товарищу Жукову В. Б.»

Обратный адрес на конверте отсутствовал. В конверте находился сложенный вдвое листок из ученической тетради. Жуков развернул листок и прочитал следующее: «Капитан, широко шагаешь, штаны порвешь ! Не устанавливай людям  капканы,  а то сам туда угодить можешь».

 - Надо же! – задумался Жуков. – И угрожать уже начали! Похоже мы на верном пути.

От резкого телефонного звонка капитан вздрогнул. На этот раз звонил сам начальник криминальной  милиции подполковник Голиков.

 - Вадим Борисович! – дружелюбно произнес он. - Докладывают, что вы  вместо того, чтобы  золотой прииск в тайге  искать да бандитов вылавливать,  к снежному человеку в гости ходите. Так ли это?

 - Да, какое там…! – раздраженно ответил капитан, в очередной раз пересказывая  историю, начинающую обрастать всевозможными  небылицами.

Подполковник молчал, внимательно слушая и не перебивая. После того, как Жуков закончил, он сделал небольшую паузу, хмыкнул в трубку и с иронией  поинтересовался:

 - Вадим Борисович! А вы когда в тайгу пошли,  водку случайно не употребляли? Пусть самую малость. Сейчас ведь легко можно на паленую нарваться, а с нее чего только не привидится…

 На это Жукову очень захотелось выругаться, но он вовремя сдержался.